Она пыталась заснуть в своей комнате, но ей не удавалось. За окном выла вьюга, а за стеной бабушка кричала на маму, поливая грязными словами, словно из шланга, из которого они поливают овощи на огороде. А иногда слова звучали так хлёстко, словно удары плетью. Даша, в свои 11 лет, наверное, не должна была понимать смысл этих слов, перемешенных с матерными, но она понимала и не знала, что делать. Она любила их обеих, и маму и бабушку, но была слишком мала, чтобы примирить их. Мама мягкая, текучая, молодая, лучезарная. Бабушка  — фундаментальная, серьезная, заботливая, ответственная.

Даша вслушивалась в слова. Бабушка была не справедлива, но мама оправдывалась. Может, доля истины и была в словах бабушки, но гнев, который она изливала, во сто крат превосходил проступок. Послышались мамины тихие шаги, хлопнула дверь в сени. Дашка, в ночной сорочке, обернувшись в одеяло, просочилась следом. Мамы в сенях не было. Даша вышла на крыльцо, и там ее не было, сердечко бешено стучало. Открыв щеколду, Дашка босыми ногами, в одеяле, вышла на улицу. Мама стояла раздетая и содрогалась от плача. Увидев дочь, она подхватила ее на руки, а Дашка старалась укрыть маму одеялом. Так они и стояли, посреди зимы, вдвоем, мать и дочь, взрослый и ребенок, и кто был кем в данный момент совсем неважно.

 «Мама, это неправда. Ты у меня самая лучшая. Я люблю тебя», — Дашка обняла маму и залила её лицо и шею солеными горячими слезами. Мама всхлипнула, но уже как-то иначе, и понесла Дашу домой.

Конфликт между ними существовал с самого детства, Даша это знала из рассказов мамы. Бабушка чрезмерно опекала маму и била, сильно била. Однажды била поленом так, что даже прабабушка упала на колени перед ней и молила: «Остановись, ты ее убьешь».

Когда мама выросла, а бабушка  очередной раз замахнулась на нее, чтобы ударить, Катя (так зовут Дашину маму) перехватила руку и сказала: «Мама, я теперь сильнее. Никогда не бей меня больше. Это не метод воспитания». Физические наказания с того момента сменились словесным битьём.

Катя, в том числе назло матери, вышла замуж и уехала из города. Брак не задался, и спустя три года Катя вернулась в материнский дом с маленькой Дашей, долгами и истрепанными нервами. Бабушка ее приняла, погасила долги, окружила заботой, приправив ситуацию упреками и насмешками в адрес дочери.

Мария (так звали бабушку) заполняла свою пустоту работой, огородом, заботой о внучке. Когда Даша упорхнула из дома учиться за тысячи километров, Мария нашла свое утешение в религии. Она посещала церковь, соблюдала посты, читала церковные книги, научилась провожать умерших в мир иной по церковной традиции.

Катя заполняла свою пустоту новыми отношениями, новым замужеством и родившимся ребенком.

Так они и жили. Сколько бы раз Катя не сбегала от матери в новую жизнь, столько раз ей приходилось возвращаться. Они часто действовали назло и вопреки друг другу, что сказывалось, в том числе, и на семейном бюджете. Обе это понимали, но договориться у них не получалось.

Наступили непростые 90-е, нужда сплотила мать и дочь, на долгие годы у них воцарилась если не любовь, то, по крайней мере, стабильное перемирие.

У Марии случился приступ ночью, в больнице была выявлено неоперабельное онкологическое образования, с вердиктом врачей «проживет максимум 3 месяца». Дашка уволилась с работы и переехала в свой родной город, чтобы заботиться о бабушке и утешать маму, которая разрывалась от страха и чувства вины.

Даша была целыми днями с бабушкой, а вечерами — с мамой. В ситуациях приближения неизбежного, люди меняются, сбрасывают маски, становятся мягче и прозрачнее. Даша видела огромную любовь Марии к своей дочери Кате, и видела огромную любовь Кати к своей матери. Но напрямую они не могли чувствовать и выражать эту любовь.

Мария много говорила о своей жизни, она слабела и, казалось, хотела успеть рассказать что-то важное. Но всякий раз осекалась, останавливала себя.  После одной из таких осечек, Даша спросила:

— Ты была изнасилована?

Мария вскинула на Дашу сначала полный ужаса разоблачения взор, затем прикрыла глаза и с облегчением вздохнула.

— Ты всю жизнь защищала маму? Ты боялась, что с ней случится подобное?

Мария лежала с закрытыми глазами, а слезы спокойно катились по её лицу. Даша впервые в жизни видела, как бабушка плачет.

— Бог меня наказывает, — наконец произнесла Мария.

— Разве может Абсолютная Любовь наказывать? Она учит и радуется, когда урок пройден успешно.

Мария тихонько пожала руку Даши и провалилась в сон. Спустя несколько дней бабушка тихонечко покинула этот мир

Катя даже сейчас не могла сказать матери нужных слов, она ушла в другую комнату и неистово шептала: «Прости меня, мама. Я плохая дочь Я очень виновата перед тобой. Я не знала, как сделать, чтобы ты меня любила».

«Она тебя очень любила», — тихим голосом сказала вошедшая в комнату Даша, и передала ей суть беседы с бабушкой.

Они были жизненно необходимы друг другу, эти два свойства. Одно сдерживало от ошибок, защищало, оберегало, а второе несло чувственность, радость, легкость. Одно свойство без другого — это крайности, которые не дают гармонии в развитии. Их сила — в единстве. Как жаль, что они не смогли вырваться из плена своих собственных переживаний и войти в плоскость «над», где эти явления прекрасно уживаются друг с другом, где все прегрешения покрывает любовь.

Так устроено в Природе, что последующее поколение вырастает из предыдущего, как новый росток из корневой системы. Корневая система без ростка — безжизненна, росток без корневой системы — не жизнеспособен. Это единая система, в которой циркулирует энергия любви. Если где-то перекрыт канал — плохо всей системе. Не всегда есть возможность раскрыть и понять причину кажущейся «нелюбви», но всегда есть возможность исцеления, исЦЕЛения с помощью прощения, принятия и милосердия.

0 0 голоса
Рейтинг статьи
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x