Освободить пленника разума или как простить насильника.

Незнакомец вытолкнул её из машины, сказав: «Сейчас поедет автобус, стой здесь», и уехал.

Юная, худенькая девушка, растрепанная, зареванная, в шерстяном платьице, легкой куртке и рваных колготках, покачиваясь, стояла на обочине дороги ранней весной, под утро. Все вокруг было серым. Серое шоссе, серый снег, серые деревья, серое небо, серый мир, и она серая.

Она не знала, сколько времени она так простояла — час, два, может быть, больше. Тело стояло здесь, но её в нём не было, её вообще нигде не было.

Начало светать. Проснулся мозг и начал набатом выбивать мысли: «Исчезнуть. Не быть.  Стереть этот ужас и позор. Умереть. Большая машина. Нужна большая машина, чтоб наверняка. Умереть. Это выход. Это единственно правильный выход».

Машин не было. Как такое может быть? Ведь это оживленная трасса.

Холода она не чувствовала, но тело дрожало, и зубы стучали так громко, что нарушали звенящую тишину этого мертвого пространства.

«За что? Почему я… А как же мама с маленьким ребенком? Она слабая, она не переживет. Я не имею права оставить её одну…..Но я не хочу жить. Ты должна. Но я не могу. Ты справишься».

Засветились фары. Она рванула на дорогу, но…..остановилась и подняла руку.

Дверь автобуса открылась, она вошла. Полный автобус парней. Они смеялись над ней, говорили пошлости, непристойности. Она сидела неподвижно. Фильм ужасов, в котором она — главная героиня, продолжался.

Самый старший из них, похоже, всё понял. Встал со своего места, гаркнул на парней, предложил пересесть ей на переднее сидение, аккуратно, не касаясь, протянул свою куртку. «Всякое бывает, — сказал он. Всё пройдет». Она посмотрела на него пустыми мертвыми глазами. Он отошел, всё стихло, и целых 1,5 часа дороги у неё была передышка. За это время она успела сочинить легенду для своих родных.

На утро следующего дня она тяжело заболела, по выздоровлении, уехала на учебу. И стала рыть в своем сознании огромную яму, чтобы похоронить там эту историю. Ей удалось скрыть случившееся с ней от людей, но «покойнику» не лежалось на дне  ямы, вернее, она сама его оттуда откапывала. Несколько месяцев она вынашивала план самоубийства, но план раз за разом разбивался о волны любви к матери. Потом ею овладела жгучая ярость, она линчевала в мыслях своего обидчика, убивала его, резала, топила в луже его крови, раздевала, четвертовала, раскатывала, но он не умирал. Она заняла свою голову подготовкой к экзаменам, насильник стал являться к ней в снах. Она закончила учебу, переехала в другой город, устроилась на работу и, как ей казалось, забыла историю года через два. Только вот кошмары….. её преследовали кошмары. «Вероятно, это из-за нового места, отсутствия друзей, первой работы», — успокаивала она себя.

Через какое-то время она встретила мужчину. Она не знала, что такое чувства в отношениях, и что такое любовь, и могла ориентироваться только на его слова и действия. «Наверное, это и есть любовь», — думала она. Первая интимная близость окунула её в пережитую много лет назад ситуацию с головой, как в отхожее место. Она долго не решалась сказать своему молодому человеку, а, когда сказала, сотню раз пожалела. Он не был способен понять её, и хранимая столько лет тайна теперь стала плетью, которой он бил её во время ссор. Но дело даже не этом. Она не доверяла ему или кому бы то ни было из особей мужского пола, в глубине души, она их презирала, всех без исключения. Теперь и этого, как ей казалось любимого человека, она начала в мыслях представлять с разбитой головой, лежащим в луже крови. Ей становилось легче. В итоге, она сделала так, чтоб он стал ей безопасен. Нет, нет, она не желала ему именно такого развития событий, она просто хотела, чтоб ему было больно также, как было больно ей. Так сложилось, что его осудили и посадили в тюрьму за преступление, с ней не связанное.

Теперь она ощущала себя еще и карателем-мстителем. Нервная система не выдержала таких перегрузок. Она перерезала себе вены, но опять выжила. Она решилась рассказать свою тайну подруге, потом еще одной. Становилось как будто бы легче. Еще бы, ведь мало того, что ей приходилось жить с этими чувствами, так еще и требовалось удерживать крышку эмоционального колодца, чтоб «покойник» не всплыл на поверхность. Теперь ему было разрешено иногда всплывать.

Потом она жила вполне себе обычной жизнью, пока через 10 лет её не накрыла самая настоящая клиническая депрессия. Там, в больнице, ей пришлось общаться с психотерапевтом и психологом, ситуация с изнасилованием  разбиралась и прорабатывалась по костям, что называется.

После 1,5 месяцев лечения ей пришлось начинать жизнь почти с самого начала. С эмоциями она справилась, но деструктивные мысли, с которыми она жила больше 15 лет, исполосовали всё её мышление и встроились в картину мира, исказив её до неузнаваемости. Это непросто, увидеть сквозь мазню на холсте жизни истинный шедевр и красоту, но у неё начало получаться. Шли годы, время тоже лечит. Она стала спокойнее, легче, научилась видеть сквозь  пелену слов и обещаний, научилась смеяться, научилась понимать себя и других, научилась оправдывать других во многом.

И, наконец, пришло оно, прощение. Она поняла это, когда вдруг прониклась к тому ночному незнакомцу глубоким состраданием, когда искренне смогла произнести: «Я прощаю тебя и отпускаю. Прости и ты меня, что столько лет держала тебя пленником в своем разуме и обращалась хуже, чем в самом жестоком концлагере. Ты свободен. Пусть настанет мир, в тебе и во мне».

Нужно пройти много шагов, чтобы справиться с травмой, это долгий путь. Хорошая новость в том, что этот путь есть. Прошедшие по нему смогли справиться, смогли стать свободными, смогли стать по-настоящему счастливыми. Это не ваша вина, кто бы вас в этом не убеждал. Это беда, но это и урок. Мы не знаем, почему выпало такое испытание. Может быть, для того, чтобы вылепить из неразумного, наивного дитя — великую, милосердную, добрую, любящую женщину. Есть вещи, которые невозможно забыть. Но можно сделать так, чтобы они стали легкой дымкой, а не отравляющим жизнь дымом. И решение только одно — отодвинуть люк эмоционального колодца, поднять «труп» на поверхность, очистить, омыть слезами, простить, насколько это возможно, простить, вопреки всему, захоронить, обозначить место захоронения и предать забвению. Душевная рана потихоньку затянется, зарубцуется, ты исцелишься, ты вновь станешь живой.

0 0 голоса
Рейтинг статьи
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x